Помните оранжевые пластмассовые катафоты — светоотражатели, прикрепляющиеся к спицам велосипедного колеса? Прикрепим катафот к самому ободу колеса и
проследим за его траекторией. Полученные кривые принадлежат семейству циклоид.
Колесо при этом называется производящим кругом (или окружностью) циклоиды.
Но давайте вернемся в наш век и пересядем на более современную технику. На пути байка попался камушек, который
застрял в протекторе колеса. Провернувшись несколько кругов с колесом, куда полетит камень, когда выскочит из протектора? Против направления движения мотоцикла
или по направлению?
Как известно, свободное движение тела начинается по касательной к той траектории, по которой оно двигалось. Касательная к циклоиде всегда направлена по направлению движения и
проходит через верхнюю точку производящей окружности. По направлению движения полетит и наш камушек.
Помните, как Вы катались в детстве по лужам на велосипеде без заднего крыла? Мокрая полоска на вашей спине является житейским подтверждением только что полученного результата.
Век XVII — это век циклоиды. Лучшие ученые изучали ее удивительные свойства.
Какая траектория приведет тело, движущееся под действием силы тяжести, из одной точки в другую за
кратчайшее время? Это была одна из первых задач той науки, которая сейчас носит название вариационное исчисление.
Минимизировать (или максимизировать) можно разные вещи — длину пути, скорость, время. В задаче о брахистохроне минимизируется именно время (что подчеркивается самим названием: брахи — наименьшее, хрона — время, греческий).
Первое, что приходит на ум, — это
прямолинейная траектория. Давайте также рассмотрим
перевернутую циклоиду с точкой возврата в верхней из заданных точек. И, следуя за Галилео Галилеем, —
четвертинку окружности, соединяющую наши точки.
Сделаем
бобслейные трассы с рассмотренными профилями и проследим, какой из бобов приедет первым.
История бобслея берет свое начало в Швейцарии. В 1924 году во французском городе Шамони проходят первые зимние Олимпийские игры. На них уже проводятся соревнования по бобслею для экипажей двоек и четверок. Единственный год, когда на Олимпийских играх экипаж боба состоял из 5 человек, был 1928. С тех пор в бобслее всегда соревнуются мужские экипажи двойки и четверки. В правилах бобслея много интересного. Конечно же, существует ограничения на вес боба и команды, но существуют даже ограничения на материалы, которые можно использовать в коньках боба (передняя пара их подвижна и связана с рулем, задняя закреплена жестко). Например, радий не может использоваться при изготовлении коньков.
Дадим старт нашим четверкам. Какой же боб первым приедет к финишу? Боб зеленого цвета, выступающий за команду Математических этюдов и катившийся по циклоидальной горке,
приходит первым!
Почему же Галилео Галилей рассматривал четвертинку окружности и считал, что это наилучшая в смысле времени траектория спуска? Он вписывал в нее ломаные и заметил, что при увеличении числа звеньев время спуска уменьшается. Отсюда Галилей естественным образом перешел к окружности, но сделал неверный вывод, что эта траектория наилучшая среди всех возможных. Как мы видели, наилучшей траекторией является циклоида.
Через две данные точки можно провести
единственную циклоиду с условием, что в верхней точке находится точка возврата циклоиды. И даже когда циклоиде приходится подниматься, чтобы пройти через вторую точку, она все равно будет
кривой наискорейшего спуска!
Еще одна красивая задача, связанная с циклоидой, — задача о таутохроне. В переводе с греческого тауто означает одинаковое, хрона, как мы уже знаем — время.
Сделаем три одинаковые горки с профилем в виде циклоиды, так, чтобы конец горки приходился в
вершину циклоиды. Поставим три боба на
разные высоты и дадим отмашку. Удивительнейший факт — все бобы
приедут вниз одновременно!
Зимой Вы можете построить во дворе горку изо льда и проверить это свойство вживую.
Задача о таутохроне состоит в нахождении такой кривой, что, начиная с любого начального положения, время спуска в заданную точку будет одинаковым.
Христиан Гюйгенс доказал, что единственной таутохроной является циклоида.
Конечно же, Гюйгенса не интересовал спуск по ледяным горкам. В то время ученые не имели такой роскоши заниматься науками из любви к искусству. Задачи, которые изучались, исходили из жизни и запросов техники того времени. В XVII веке совершаются уже дальние морские плавания. Но удивительно, что широту моряки умели определять уже достаточно точно, а вот долготу не умели определять совсем. И один из предлагавшихся способов измерения широты был основан на наличие точных хронометров.
Первый, кто задумал делать маятниковые часы, которые были бы точны, был Галилео Галилей. Однако в тот момент, когда он начинает их реализовывать, он уже стар, он слеп, и за оставшийся год своей жизни ученый не успевает сделать часы. Он завещает это сыну, однако тот медлит и начинает заниматься маятником тоже лишь перед смертью и не успевает реализовать замысел. Следующей знаковой фигурой был Христиан Гюйгенс.
Он заметил, что период колебания обычного маятника, рассматривавшегося Галилеем, зависит от изначального положения, т.е. от амплитуды. Задумавшись о том, какова должна быть траектория движения груза, чтобы время качения по ней не зависело от амплитуды, он решает задачу о таутохроне. Но как заставить груз двигаться по
циклоиде? Переводя теоретические исследования в практическую плоскость, Гюйгенс делает «щечки», на которые наматывается веревка маятника, и решает еще несколько математических задач. Он доказывает, что
«щечки» должны иметь профиль той же самой циклоиды, тем самым показывая, что эволютой циклоиды является циклоида с теми же параметрами.
Кроме того, предложенная Гюйгенсом конструкция
циклоидального маятника позволяет посчитать длину циклоиды. Если синюю ниточку, длина которой равна четырем радиусам производящего круга, максимально отклонить, то ее конец будет в точке пересечения «щечки» и циклоиды-траектории, т.е. в вершине циклоиды-«щечки». Так как это половина длины арки циклоиды, то полная длина равна восьми радиусам производящего круга.
Христиан Гюйгенс сделал циклоидальные маятник, и часы с ним проходили испытания в морских путешествиях, но не прижились. Впрочем, так же, как и часы с обычным маятником для этих целей.
Отчего же, однако, до сих пор существуют часовые механизмы с обыкновенным маятником? Если приглядеться, то при малых отклонениях, как у красного маятника, «щечки» циклоидального маятника почти не оказывают влияния. Соответственно движение по циклоиде и по окружности при малых отклонениях почти совпадают.
Литература
• Г.Н. Берман. Циклоида. — М.: Наука, 1980.
• С.Г. Гиндикин. Рассказы о физиках и математиках. — М.: МЦНМО, 2006.